В восьмом созыве парламента было принято по меньшей мере 59 законов, которые сужают свободу распространения информации, усиливают механизмы блокировок и вводят ответственность за высказывания. Среди них поправки в закон о СМИ, запреты на «ЛГБТ‑пропаганду» и «пропаганду» наркотиков, законы об «иноагентах», ответственность за «фейки» об армии и расширенные меры по борьбе с «экстремистскими материалами».
Ключевые цифры
В третьем чтении по 59 законам депутаты отдали в сумме 22 345 голосов (с исключением не голосовавших и отсутствовавших). Распределение голосов:
- 21 778 — «за»
- 334 — «против»
- 233 — «воздержались»
Как голосовали фракции
- «Единая Россия» — 99,98% голосов «за»
- ЛДПР — 99,8% «за»
- СРЗП — 92,7% «за»
- КПРФ — 83,7% «за»
- «Новые люди» — 81,0% «за»
Даже в КПРФ и «Новых людях» большинство депутатов поддерживали значительную часть этих законопроектов, поэтому системной парламентской оппозиции против цензурных инициатив сформироваться не удалось.
Кто чаще голосовал «против»
- Вячеслав Мархаев (КПРФ) — 12 голосов «против»
- Михаил Матвеев (КПРФ) — 11
- Олег Михайлов (КПРФ) — 11
- Сардана Авксентьева (Новые люди) — 7
- Артём Прокофьев (КПРФ) — 7
- Ренат Сулейманов (КПРФ) — 7
Самый несогласный депутат вне КПРФ и «Новых людей» — внефракционная Оксана Дмитриева (6 голосов «против»). При этом даже лидеры по числу «против» нередко голосовали и «за»: например, у Мархаева 12 «против» и 28 «за», у Авксентьевой 7 «против» и 33 «за».
Единственный зарегистрированный голос «против» от члена фракции «Единая Россия» принадлежит депутату Андрею Альшевских. При этом он выступил соавтором нескольких из обсуждаемых инициатив.
Единственной крупной точкой раскола стал закон о штрафах за поиск «экстремистских материалов»: 306 «за», 22 «воздержались» и 67 «против» — это примерно пятая часть всех голосов «против» за рассматриваемый пятилетний период.
* По 59 законам в третьем чтении теоретически можно было отдать 26 212 голосов — с учётом вакантных мандатов на момент голосования.
