По результатам нового исследования Института мировой экономики в Киле и Стокгольмского института переходной экономики ликвидные активы Фонда национального благосостояния (ФНБ) сократились с 6,5% ВВП до 1,8% ВВП за годы полномасштабного конфликта. Одновременно дефицит федерального бюджета по итогам первых трёх месяцев 2026 года превысил запланированный на год уровень, а доходы от нефти и газа в первом квартале упали на 45% по сравнению с прошлым годом.
Резкое сокращение резервов ФНБ
Авторы исследования отмечают, что бюджетные резервы в значительной степени исчерпаны, а экономический рост остановился. В краткосрочной перспективе повышение цен на нефть может дать лишь временное облегчение для бюджета.
Риск роста инфляции и финансирование военных расходов
Чтобы покрыть военные расходы, государство всё больше опирается на внебюджетные источники, быстрый рост кредитования и косвенную поддержку через банковскую систему. Одновременно задолженность предприятий резко увеличилась — банки перенаправляют ресурсы в отрасли, связанные с войной.
Авторы предупреждают, что основное ограничение сегодня — не столько деньги, сколько рабочая сила, технологии и производственные мощности. Усиление расходов в условиях дефицита трудовых ресурсов и санкций может подстегнуть инфляцию, но не обязательно повысить военный потенциал.
Зависимость от Китая усиливается
По оценкам исследователей, на Китай приходится около 35% внешней торговли России. КНР поставляет большую часть критически важных гражданских и военных товаров и запасных частей, используемых в военной промышленности; примерно три четверти прироста закупок таких компонентов с 2022 года производится именно в Китае.
В результате Пекин получает значительную рычажную силу в отношениях, поскольку может диктовать условия поставок в сферах торговли, технологий и финансов.
Окно для внешнего политического давления
Рост экономической уязвимости открывает возможности для внешних мер давления: в документе предлагается ужесточить контроль за экспортом в Россию, в том числе в отношении поставщиков из третьих стран, и принять шаги по сокращению экспортных доходов, чтобы ограничить доступ к ключевым ресурсам.
